ЛИТЕРАТУРА

ФАНТАСТИКА

ПОСМЕРТНЫЕ ЗАПИСКИ НЕУДАЧНИКА

Макс Фрай.
Собрание сочинений.
Лабиринт (Чужак):
Роман.

Волонтеры вечности:
Роман.
СПб.: Азбука;
ОЛМА-Пресс, 1999.

Макс Фрай – писатель лукавый. Недаром он столь популярен среди просвещенных пользователей Интернета. Да и вниманием издателей не обойден. Ведь и переизданные “Лабиринт”, и “Волонтеры вечности” – всего лишь первые два тома огромной эпопеи. Очень нашей эпопеи.

Представьте себе молодого человека, не обременного ни семьей, ни друзьями, уныло тянущего лямку в какой-то заштатной газетенке – то ли ночным редактором, то ли ночным корректором. Поскольку единственное, чем отличается наш герой, – сдвинутым суточным ритмом. Иными словами, днем он предпочитает спать, а ночью работать. Так бы и жил он под серым небом средней полосы, если бы некий сэр Джуффин Халли, грозный начальник Малого Сыскного Войска, маг и кэгэбэшник (что в нашем представлении часто одно и то же), не выдернул его из опостылевшей действительности в уютный мир города Ехо, населенный людьми веселыми, любопытными и незапуганными. Иными словами – мир как раз для маргинального интеллигента Макса. Да и для всех нас.

Вот Великолепный Макс и зажил полной жизнью. Расследовал чудовищное дело с Королевским Паштетом. Разгадал тайну Исчезнувшего Города. Справился с лесными разбойниками-мертвецами. Впрочем, те, кто прочтет остальные тома эпопеи (в частности, романы “Гнезда Химер” и “Наваждение”), увидят, что впоследствии герою довелось участвовать в событиях гораздо большего размаха, даже стать ключевой фигурой в апокалиптической Битве Богов (“Мой Рагнарек”). Кстати, к чести Макса, нужно сказать, что, всячески щеголяя своими новообретенными магическими способностями, он в серьезном деле, употребляет их весьма осторожно. Даже, я бы сказала, великодушно. Что и позволяет ему сохранять хорошее настроение и вообще оставаться довольным собой и жизнью.

Только вот, жизнь ли это? Во всяком случае, посюсторонняя? Скорее сон, посмертный сон.

В свое время один из биографов Толкиена определил его мир как “мир, в котором нравственные проблемы воспринимаются всерьез и где возможно принимать правильные решения”. Постмодернистский мир Макса Фрая – мир, где “правильного” и “неправильного” вообще не может быть, поскольку “правильным” заведомо окажется все, что бы ты ни сделал.

М. ГАЛИНА