«Нет тех, кто не стоит любви…»

«Нет тех, кто не стоит любви…»

«Нет тех, кто не стоит любви…»
(о Башлачёве)
Был 1989, зима или ранняя весна… До окончания моей срочной службы оставалось меньше года. Поэтому-то и была возможность иногда посидеть в комнате, называвшейся в то время «Ленинской», полистать журналы. О!- журналы того времени: разрешённая «запрещённая» литература, разоблачения «сталинизма» и «застоя»… Не сразу, через пятые руки, но доходили те журналы («Огонёк», «Юность», «Смена» и т. д.) и до нашей казармы.
Наверное, один из таких журналов и читал я в тот день и час, когда мой земляк Олег Малинин сказал: «Вот, посмотри стихи…»
А я уже сам писал вовсю. Малинин-то и был первым терпеливым читателем и слушателем моих опусов.
И вот я читаю то, что он мне подал… «Грибоедовский вальс».
«В отдалённом совхозе «Победа»
Был потрёпанный старенький «ЗиЛ»,
А при нём был Степан Грибоедов,
И на «ЗиЛе» он воду возил…» и т. д.
Тут же, помнится, были «Петербургская свадьба», «Подвиг разведчика», ещё что-то…
Башлачёв!
Да-да не песнями – рвущими душу, а стихами, напечатанными строчками пришёл он ко мне. И он для меня был и есть, прежде всего – поэт (ну, какой уж он там, честно говоря, музыкант…), не «рок-поэт», не «бард»… Поэт.
В журналах, в одном за другим, появлялись подборки его стихов и первые статьи о нём. Я читал стихи, твердил их, переживал их как свои («но я с детских лет не приучен стоять в строю, меня слепит солнце, когда я смотрю на флаг…» - бормотал, в ожидании дембеля), тайком вырывал страницы со стихами и статьями.
А Малинин ещё рассказывал, что знал его, видел: Башлачёв бывал в Вологде, в общей компании с его старшей сестрой, и приходил к ним домой… И это казалось совсем уж несправедливо обидным – я мог бы с ним познакомиться, если бы он был жив, этот длинноволосый ангелоподобный парень, писавший: «Рука на плече, печать на крыле, в казарме – проблем, банный день, промокла тетрадь…» (Казалось бы, ну что такого в этих строчках? – а они завораживали).
В те дни я даже написал и отправил письмо в «Огонёк» с предложением поставить памятник Башлачёву. Тогда редакции журналов ещё отвечали на письма читателей. И надо было видеть лицо ефрейтора «почтаря», подававшего мне фирменный огоньковский конверт. А в нём бланк с печатными буквами: «Уважаемый… благодарим Вас за внимание к нашему журналу…»
Не верится, что это было со мной: и смешно, и грустно…
Потом, уже после армии, купил где-то (наверное, в магазине «Мелодия» в Вологде) пластинку «Время колокольчиков», слушал её на проигрывателе-инвалиде, и это было ещё одно потрясение…
В Питере купил книжку «Посошок» (в зелёно-чёрно-голубой бумажной обложке»). Сводила жизнь и с людьми, знавшими его…
В то время Василий Иванович Белов написал статью «против рока». Ну а ведь Башлачёв (как узнали никогда и не слышавшие его, почитатели-последователи Белова) – это же рок!
«Вот, посмотрите какие стихи…», - говорил я писателю, читавшему тогда все мои первые рассказы. «Нет, это плохо, это рок», - отвечал он.
«А деньги, что ж, это те же гвозди, и так же тянутся к нашим рукам», - читал я ему. «А почему деньги это гвозди-то?» - нарочито простецки спросил писатель. И я указал на распятие на стене его кабинета – вот гвозди!
Многое забылось, ушло… А Башлачёв всё рядом. И также вдруг обожжёт досадой – вот по этим ступеням он поднимался в квартиру моего друга, вот по этой набережной Шексны или Фонтанки гнал его снеговой ветер («…скатертью тревога!»)… А уже всё – не встретить, не повстречаться.
Я вот думаю, прочитал бы Василий Иванович его стихи, и сказал бы – да это же прекрасный поэт! Обязательно сказал бы, понял бы его. Белов на таланты и творческую дерзость был отзывчив…
А впрочем, что мне чужие мнения, если и сейчас волосы дыбом встают от этих слов:
«… Пуст карман. Да за подкладкою
Найду я три последних зёрнышка.
Брошу в землю, брошу в борозду –
К полудню срежу три высоких колоса.
Разотру зерно ладонями
Да разведу огонь да испеку хлеба.
Преломлю хлеба румяные
Да накормлю я всех,
Тех, кто придёт сюда
Рассеять чёрный дым…»
То ли это заговор-волхование, то ли молитва, я не знаю…
Вот если бы я сегодня встретил его, я бы, может, и сказал: «Ты подожди, потерпи… Сходи в церковь…»
А тогда я просто шептал вслед за ним: « тут дело такое… нет тех, кто не стоит, нет тех, кто не стоит любви…» И эти слова когда-то спасли меня. Я это точно знаю, я помню…
 

Новости
17.09.2018

«КАПИТАНСКАЯ ДОЧКА»

Первая премьера Театра «У Никитских ворот» в новом сезоне - мюзикл «Капитанская дочка» по хрестоматийной повести А.С. Пушкина.
14.09.2018

Творческий вечер Вениамина Смехова

Встреча с легендарным актером «Театра на Таганке», народным артистом России. Вениамин Смехов расскажет о знаменитом спектакле по произведениям Маяковского.

Все новости

Книга недели
Палата № 26.  Больничная история.

Палата № 26. Больничная история.

Олег Басилашвили.
СПб: Лимбус Пресс, ООО «Издательство К. Тублина», 2018.
– 240 с. – 3000 экз.
В следующих номерах
Колумнисты ЛГ
Болдырев Юрий

Скрытый дефолт

Два десятилетия после дефолта 1998 года. К десятой годовщине опубликовал в «ЛГ» ...

Акоев Владимир

«Толстяк», уходи!

Ядерное оружие против мирных людей использовали дважды в истории. Первый раз – 6...