«Вот уже, братья, подули сильные ветры с моря к устьям Дона и Днепра, принесли грозные тучи на Русскую землю, из них выступают кровавые зарницы, и в них трепещут синие молнии. Быть стуку и грому великому на речке Непрядве, меж Доном и Днепром, покрыться трупами человеческими полю Куликову, потечь кровью Непрядве-реке!..» Исполненные глубочайшего трагизма строки «Задонщины», одного из высочайших творений древнерусской литературы, повествующих о Куликовской битве, происшедшей, согласно летописям, 8 сентября 1380 года на поле между реками Дон, Непрядва и Красивая Меча, — неужели могут они не соответствовать истине? В последние десятилетия скептики часто пишут о том, что события 1380 года в последующие века были идеологизированы и искажены, что на поле Куликовом почти нет археологических свидетельств сражения, и речь может идти лишь о рядовом столкновении там конных отрядов, а не о «решающей битве между Русью и Ордой», как сказано в учебниках… Когда вы откроете эту книгу, сначала может показаться, что это очередная попытка принизить идеализированный образ славы предков. Но потом вы увидите, что автор, профессиональный историк Юрий Юрьевич Звягин, далек от публицистической предвзятости. И пусть летописи любого государства действительно всегда писались «под» какого-нибудь конкретного князя, короля, или хана; пусть литературный эпос идеализирует реальность, да и сам изменяется на долгом своем веку; все это верно, но скрупулезное исследование источников, их точное цитирование, а не очередной тенденциозный пересказ (потому в книге так много пространных цитат) позволяет приблизиться к исторической истине. И раскрытая тайна не есть тайна развенчанная. Скажите, что принципиально меняется оттого, что битва произошла, согласно выводу автора, не в низовьях, а в верховьях Непрядвы и Мечи? Уточнение даты и места события не умаляет суть великих вех, слагающих летопись национального духа: они уже не в истории, с ее неизбежными противоречиями и разнобоем источников, а в сияющей, вечной метаистории национальной духовной культуры, такой же незыблемой, как память о тех, кто сложил «головы свои за святые церкви, за землю за Русскую и за веру христианскую».
