Звёздный бисер имени

Стихи Вероники Тушновой, прожившей свою осознанную жизнь при советской власти, яркий пример того, как можно было в литературе того времени не впадать в идеологическую конъюнктуру и при этом не испытывать никаких гонений. Уроженка Казани, она сочетала в себе восточную маслянистость внешности с бисерно-звёздным именем. Основой её судьбы было неброское благородство, благородство как необходимость, а не усилие; главным творческим стимулом – любовь, растекающаяся по всему миру и нежностью, и страстью, и тоской.

Ты на рынке мне купил голубку.

Маленькую, худенькую, хрупкую,

Рыжевато-палевой окраски

Птицу, прилетевшую из сказки.

В Литинститут она поступила в 1941 году. Но учиться не пришлось. Немецко-фашистская агрессия нарушила весь ход жизни, непоправимо вмешалась в судьбы.

По первому образования врач, во время войны Тушнова работала в Казанском военном госпитале. Перед её глазами угасали и вновь рождались тысячи жизней бойцов. Это повлияло на её поэтический строй, дало ощущение близости жизни и смерти, и того игольного ушка между ними, в которое должен попасть поэт.

Я за годы войны побывала во всех городах,

Потому что вот тот из Тбилиси, а тот из Орла,

Потому что у этого мать в Бухаре умирала.

Дебют её не был ослепительным, но её имя сразу запомнили те, кто знал в поэзии толк. Есть в её в стихах такой разлёт, такая скорость, что ошибиться невозможно – перед нами поэзия не ума и старания, а таланта и словесной интуиции.

Там далёко за холмами синими,

За угрюмой северной рекой,

Ты зачем зовёшь меня по имени?

Ты откуда взялся? Кто такой?

Тушнова был участницей легендарного Первого всесоюзного совещания молодых писателей, где писатели-фронтовики приняли её как свою. А это дорогого стоило. Ей покровительствовал строгий Павел Антокольский, что давало молодому поэту пропуск в цех, суждения которого первичны и неоспоримы. Она могла позволить себе царскую прихоть – жить поэзией и ничем другим. И жизнь отплатила ей популярностью среди читателей и, как водится у поэтов, извилистой и драматичной чувственной биографией. Муж оставил её, заставив женщину молиться и ждать возвращения любимого.

Ты придёшь, конечно, ты придёшь,

в этот дом, где наш ребёнок вырос.

В итоге её мольбы были услышаны. Но он вернулся домой безнадёжно больным. Вероника выхаживала его стоически, ради заработка бесконечно много и удачно переводя. Её переводы из Рабиндраната Тагора признаны хрестоматийными.

Главная любовь пришла к Тушновой в последнее десятилетие жизни. Она была овеяна тайной, поскольку её избранником стал поэт Александр Яшин, человек не свободный в семейном плане. Для Яшина тогда, в 1956-м, начались тяжёлые годы. Причина – недовольство начальства его полемической публицистикой «Рычаги». Вероника стала для Яшина тогда и опорой, и другом, и путеводной звездой. Он отвечал ей преданностью. Они оба ушли из жизни рано от одной и той же страшной болезни. Он на три года позже её. Их любовь живёт в стихах.

Если бы поэтесса такого уровня, как Тушнова, родилась где-нибудь в Швеции или Финляндии, ей бы ставили памятники, называли её именем улицы, проводили масштабные семинары и фестивали, посвящённые её творчеству. Но у нас, чтобы о тебе пеклись после смерти, надо быть или бесспорным гением, или баловаться антигосударственным вольнодумством. Ну что же! От этого мы не становимся беднее и не теряем память.

Вероника Тушнова – выдающийся русский поэт. Её надолго пережили её строки. А некоторые стали почти народными, что для поэта самое большое признание.