«Не лучший, а единственный!«1

Бывая в гостях у Ренэ Юлиановича, принимая его у себя в Москве, я раз за разом всё больше убеждался, что и в России-то нелегко найти людей, так преданно и страстно любящих её духовную суть, как этот природный француз. И так совершенно знающих и понимающих русское культурное наследие, волею обстоятельств сложившееся после Октябрьской революции за рубежом. Собственно, равных ему просто нет по обе стороны наших границ. Как он сам о себе говорит, «не лучший, а единственный». Поскольку его не знающее аналогов собрание складывалось в течение сорока с лишним лет , и всё это время официальная наука как во Франции, так и в России отличалась показательным равнодушием к предмету его страсти. А теперь…

У Ренэ Герра, конечно же, не просто коллекция, не просто собрание, а настоящий музей русской эмиграции. Он строится именно по музейному принципу погони за максимальной полнотой подбора, раскрытия и показа темы. Трудно найти такой аспект жизни наших недобровольных изгнанников, который не имел бы своего отражения в архиве, библиотеке или собрании картин, рисунков, артефактов, созданном полувековым напряжённым трудом Ренэ Юлиановича. О чём бы или о ком бы ни заходил у нас разговор за годы знакомства – о Бунине, Ремизове, Цветаевой, о непростых отношениях эмигрантов между собой, с французскими властями, немцами-оккупантами, советской властью – рано или поздно следовала реплика: «Я вам потом покажу…» И эти слова не оставались пустыми: вскоре из архивных сундуков, с библиотечных полок, из хранилища полотен доставались неотразимые аргументы – подлинные, часто уникальные. Да что говорить! Не прошло и трёх месяцев, как мы с ним закончили разговор под диктофон о судьбе нашего несчастного народа, потерявшего в революцию свою голову (как метафизически, так и физически), – и вот в качестве иллюстраций ко всему сказанному мне было прислано в электронном виде свыше шестисот картинок!

Особенность Герра как собирателя в том и состоит, что он не только любит и ценит русское слово, не только прекрасно чувствует и понимает красоту живописи и графики, но и смотрит на всё это глазами учёного, глубокого знатока, способного увидеть историческую проблему за малейшей деталью своего собрания. В собранной им картине мира русской эмиграции всё взаимосвязано, всё уложено, как гигантский пазл из сотен тысяч кусочков, где нет ничего лишнего и всё составляет неразрывное единство.

Трогательным и пронзительно точным кажется мне признание французского слависта: «На это собирательство я смотрел не как архивариус, а как учёный, свидетель и исследователь затерянного мира, населённого невидимками-великанами»².

Хочу отметить: в Герра нет ничего, напоминающего скупого рыцаря, как некоторые представляют себе завзятых коллекционеров. Он не только охотно показывает знатокам и ценителям свои сокровища, но и яростно (не подберу иного слова!) пропагандирует творчество русских изгнанников, издаёт их книги (уже более сорока томов), устраивает выставки, читает лекции. Ведь недаром ему принадлежат слова: «Ещё сорок лет назад я понял значимость всего этого. Понял, что рано или поздно эта ваша великая и чудовищная страна, Советская Россия, заинтересуется судьбой и творчеством своих изгнанников… Это ведь моя формула, которую теперь часто повторяют: русский Серебряный век начался на берегах Невы, а закончился на берегах Сены».

Недавно в Петербурге вышло два весомых тома, в одном из которых собраны лучшие статьи и выступления Герра на указанную тему, а другой представляет собой стенограмму семи увлекательнейших бесед о судьбах русской эмиграции, записанных журналистом Аркадием Ваксбергом, также многие годы прицельно исследовавшим проблему российской эмиграции и весьма в ней компетентным. К ним примыкает и столь же весомый том «Серебряный век Ренэ Герра», созданный московской исследовательницей Лолой Звонарёвой.

Изучив – как всегда, с карандашом – эти тома, я пришёл к необходимости «допросить с пристрастием» (по-дружески, конечно) Ренэ Герра по поводу наиболее жгучих вопросов, вставших передо мной по ходу чтения. Ведь он не просто привязан к своим «подопечным и доверителям» – русским эмигрантам: он всегда готов ввязаться в бой за их честь и достоинство – человеческое и творческое. Да и второго такого знатока темы в мире нет. Так что я решил воспользоваться добрым знакомством, а Ренэ Юлианович по своей доброте и любезности не отказал мне в разговоре на интересующую нас обоих тему. Надеюсь, нам удастся познакомить отечественного читателя с результатом нашего разговора.

_____________

¹ Цитата из книги: Р. Герра, А. Севастьянов. «Куда ты скачешь, гордый конь…» (готовится к изданию).

² Ренэ Герра. Когда мы в Россию вернёмся. – СПб.: Росток, 2010. – с. 456.