В пику монпарнасским летописцам,
Ты живёшь, осуществляя план,
Рыночным, холодным любопытством
К людям, книгам, сплетням и делам.
Кроме любопытства ледяного,
Ничего иного своего,
Впрочем, это для тебя не ново, –
Знаешь сам, что нету ничего.
Ощущаешь сам – и это чувство,
Вожделенью лютому назло,
Долю вносит в околоискусство
И в неподалёкуремесло.
И непереваренного Ницше
В животе приталенном неся,
Ты идёшь всё выше, то есть ниже,
Ибо можно всё, чего нельзя.
Преисполнен гонора и спеси,
Человеком не был, сразу сверх –
Человеком стал в эпоху пепси, –
Энциклопедистов опроверг.
Ты идёшь, способный на любое, –
Только пользой чутко дорожа,
В шляпе настоящего ковбоя,
Выхваченной из-за рубежа.
В разлюли-малине распроклятой,
На Монмартре нашем дорогом,
Будешь ты клиент и завсегдатай,
Ежели не будешь дураком.
Ты сперва за всё меня за это
Будешь очень сильно уважать.
А потом за всё меня за это
Будешь от души уничтожать.
Ты живёшь, осуществляя план,
Рыночным, холодным любопытством
К людям, книгам, сплетням и делам.
Кроме любопытства ледяного,
Ничего иного своего,
Впрочем, это для тебя не ново, –
Знаешь сам, что нету ничего.
Ощущаешь сам – и это чувство,
Вожделенью лютому назло,
Долю вносит в околоискусство
И в неподалёкуремесло.
И непереваренного Ницше
В животе приталенном неся,
Ты идёшь всё выше, то есть ниже,
Ибо можно всё, чего нельзя.
Преисполнен гонора и спеси,
Человеком не был, сразу сверх –
Человеком стал в эпоху пепси, –
Энциклопедистов опроверг.
Ты идёшь, способный на любое, –
Только пользой чутко дорожа,
В шляпе настоящего ковбоя,
Выхваченной из-за рубежа.
В разлюли-малине распроклятой,
На Монмартре нашем дорогом,
Будешь ты клиент и завсегдатай,
Ежели не будешь дураком.
Ты сперва за всё меня за это
Будешь очень сильно уважать.
А потом за всё меня за это
Будешь от души уничтожать.
(Фрагмент поэмы ALTER EGO)
