Первого января в стране стартует Десятилетие детства
Объявление Десятилетия детства практически совпало с 30-летним юбилеем Российского детского фонда. Есть ли в этой невольной (или всё же неслучайной?) перекличке какой-то особый смысл? Пригодится ли немалый опыт общественной организации? Какие «детские» задачи необходимо незамедлительно решить взрослым? Об этом наш корреспондент побеседовал с председателем Российского детского фонда, писателем, академиком РАО Альбертом Лихановым.
– Альберт Анатольевич, как вы относитесь к такой инициативе государства – Десятилетие детства?
– Детский фонд неоднократно, на протяжении многих лет, заявлял о необходимости подобного политического решения. Увы, в последние годы дети перестали быть привилегированным классом. Уходит такое понятие: каждый ребёнок – ценность. Думаю, это сравнимо с национальной трагедией. Глубоко убеждён: надо создать дух приоритета – политического, общественного и нравственного в отношении к детству. Представители Детского фонда готовы войти во все структуры, которые будут реализовывать проект, наш опыт, знание проблем не только на национальном, но и международном уровне, уверен, помогут государству провести Десятилетие на самом высоком уровне.
– Как вообще родилась идея Детского фонда?
– Ещё в 1960 году мне, 25-летнему корреспонденту провинциальной газеты, довелось прикоснуться к проблемам маленьких сирот. В редакцию пришла воспитательница школы-интерната с предложением напечатать её письмо-обращение, в котором она просит забирать ребятишек на выходные. Письмо напечатали, и у дверей школы-интерната выстроилась огромная очередь добрых горожан. Ликованию нашему не было предела, но постепенно пришло понимание – только публикациями сиротских слёз не осушить. Будучи уже редактором журнала «Смена», начал стучаться в Министерство просвещения, ЦК комсомола… Написал в ЦК КПСС письмо из 45 пунктов о положении сирот. И это письмо «сработало».
В июле 1987 года меня пригласили сначала на Президиум Совета Министров СССР, а вскоре на Политбюро ЦК КПСС, где предложили возглавить оргкомитет по созданию фонда. 14 октября стало днём рождения Советского детского фонда имени В.И. Ленина. Уже через год во всех республиках и областях Советского Союза заработали региональные отделения. Эта система в основном выстояла и после распада СССР.
– Мне приходилось тогда бывать в детских домах. Порой невозможно было смотреть без слёз, в каких убогих условиях жили и так обездоленные дети…
– Мы старались организовать помощь сиротским учреждениям вещами, книгами, спортинвентарем. Только за первые четыре года работы закупили для детдомов 1500 автобусов и грузовиков. Но ситуация требовала более радикального подхода. И вскоре родилась идея семейных детских домов. Это был принципиально новый подход. Только в России мы создали 368 семейных детских домов – счастье обрели более 5 тысяч детей. Все они состоялись. 30 процентов из них получили высшее образование, остальные среднее специальное, вышли замуж, женились…
Моя неутихающая боль: семейные дома заменили на приёмные семьи. А разница между ними существенная. В семейных детских домах родители, взявшие под крыло детей, считались сотрудниками детского дома. У них были трудовые книжки, им шёл стаж, они получали отпускные, оплачивался больничный… Такие родители работали на государство и несли перед ним ответственность.
Сейчас же семья, которая приняла ребёнка и подписала на этот счёт договор подряда (такие договора заключаются, к примеру, на откорм поросят), в любой момент вправе этот договор расторгнуть. Ну не потянули, ну не рассчитали силы, наигрались – возьмите ребёночка обратно. А что в таком случае происходит с душой ребёнка, подло преданного «папой и мамой», которых он уже полюбил?
Родители наших семейных детских домов должны были принимать не менее пяти детей, а на практике принимали в среднем по десять. Такое количество ребят гарантировало: решиться взвалить на себя ответственность за их судьбы могли только ответственные, истинно милосердные люди, чьи помыслы лишены какой-либо корысти. Разумеется, среди сегодняшних приёмных родителей множество достойных людей, заслуживающих восхищения и государственных наград. Но немало и лукавства. Это происходит, когда государева служба подменяется любительством.
– Но ваш фонд помогает ведь не только сиротам?
– За тридцать лет не вспомню, пожалуй, ни одной гуманитарной акции, в которой не участвовал бы фонд. Произошло землетрясение в Армении – и с нашей помощью было найдено и возвращено родственникам 543 малыша. После аварии на Чернобыльской АЭС помогли пройти реабилитацию за рубежом 22 тысячам ребят. В 1996 году начали программу «Фронтовые дети Чечни»: открыли счета для 72 ребят с тяжёлыми огнестрельными ранениями, одним из них сделали сложные операции в российских клиниках, других вывозили для этого за рубеж, кому-то оплачивали протезы. Если была необходимость, помогали с жильём.
Теракт в Беслане, события в Южной Осетии… Взрослые стреляют друг в друга, а попадают в детей. Но если дружат дети, дружат и народы. Вот это сейчас недальновидно забыто. А Детский фонд помнит такую истину. Поэтому, например, среди наших маленьких гостей, которых мы приглашаем каждый год в Москву на грандиозный праздник в День защиты детей, есть ребята не только из регионов России, но и из стран ближнего и дальнего зарубежья. «Московские каникулы» – это не просто развлечение, этакий туристический вояж, а серьёзный повод поговорить об истории, о традициях, вспомнить наконец о дружбе наших народов.
– В Московском гуманитарном университете я видела копилки фонда для пожертвований на программу «Детский туберкулёз».
– Во-первых, хочу поблагодарить ректора университета – Игоря Михайловича Ильинского, философа, поэта, мудрого и доброго человека за отзывчивость. Помощь его многообразна. Счёт программы «Детский туберкулёз» действительно в основном пополняется за счёт частных благотворителей. Дело в том, что процесс реабилитации больных детей весьма длительный, и для выздоровления важен и хороший эмоциональный фон, но как его создать, если в здравницах порой не хватает даже зубной пасты? Это выявил наш мониторинг. В 28 учреждений этого профиля в двенадцати регионах России мы уже отправили стандартный комплект: медицинские приборы для проведения физиотерапевтических процедур, книги и спортинвентарь, игровые модули, комплекты нижнего белья и домашней одежды.
Здоровье детей – одно из главнейших направлений с самого начала нашей работы. Свыше 15 тысяч детей, больных ДЦП, получили реабилитационную помощь, более 10 тысяч диабетиков – средства самоконтроля, проведено 13,5 тысячи офтальмологических операций, около 25 тысяч детей обрели слух.
Одним из самых востребованных оказался проект «Мили доброты», в рамках которого авиа- и железнодорожные билеты для ребёнка и его сопровождающего до места назначения и обратно выделяются на благотворительной основе. За пять лет работы проекта курсы лечения и реабилитации смогли пройти 263 ребёнка из 46 регионов. Активно действует международная программа «Панда», которая открыла новые возможности оздоровления детям, страдающим ДЦП, в лучших клиниках Китая.
– Социологи констатируют нарастание ожесточенности в обществе. Вы это ощущаете?
– То, что с нами происходит, прискорбно. Атрофируется то чувство, что всегда отличало русского человека – сострадание. А детский суицид? Даже одна смерть ребёнка – трагедия, а если каждый год – сотни? Причём социологи утверждают: дети выбирают этот путь в основном из-за ощущения ненужности, даже родителям. У ребят утрачивается чувство уверенности в завтрашнем дне. Ну а многие из тех, кто уверен в себе и особенно в родительском кошельке, мечтают покинуть «эту» страну. Рвутся связи между поколениями, что зачастую приводит к историческому беспамятству. И вот уже учительница рассказывает, что её четвероклашки поведали: не было никакой Великой Отечественной войны, а была Вторая мировая, и победили в ней американцы. Мне, мальчишкой пережившему войну в тыловом городке, горько и страшно.
– Так что же делать для духовной защиты детей?
– Предоставлять не «платные услуги», а открывать станции юных техников и натуралистов, авиакружки и киностудии, военные клубы, где ребята могли бы бесплатно получать навыки и знания, которые впоследствии определят их жизнь. Надо не «оптимизировать» детские библиотеки сотнями в год, а открывать тысячами новые и обеспечивать их достойными изданиями и в полном объёме. Несколько лет назад мы с губернатором Белгородской области Евгением Степановичем Савченко сделали проект под названием «Детский мир: грамотность, нравственность, творчество». В его рамках за счёт денег фонда переоснастили 21 библиотеку. А школьникам предложили сочинение на тему «История моей семьи в истории моего края». Сочинение написали 95 тысяч детей! И какие это были работы – с интереснейшими историями, эмоциональные, глубокие! Знаете, среди авторов этих сочинений не будет тех, кто не знает настоящих победителей Великой Отечественной. Не будет «иванов», не помнящих родства.
Беседовала Ирина Москвина
