Читатель ничем и никому не обязан

«Я всегда люблю только ту книгу, которую пишу», – признаётся Марина Степнова.

– Марина, вы окончили Литературный институт, факультет перевода. Какие у вас воспоминания об этом легендарном вузе и насколько пригодилась полученная профессия?

– Какие могут быть воспоминания о студенчестве? Разумеется, замечательные. Несмотря на то что Литинститут всегда был очень странным местом, учили там прекрасно – просто желающих учиться было не очень много. Я до сих пор с нежностью и благодарностью вспоминаю своих педагогов – Владимира Павловича Смирнова, покойного Евгения Николаевича Лебедева, Олега Анатольевича Коростелева, Сергея Романовича Федякина и, конечно, своего мастера Кирилла Владимировича Ковальджи. К несчастью, его недавно не стало – и для меня это было, как второй раз похоронить папу.

В дипломе у меня написано – переводчик художественной литературы (с румынского языка). К сожалению, румынский никому в 90-е годы не был нужен, так что как переводчик я просто не существую, увы. Единственное моё достижение – перевод пьесы Михая Себастиана «Безымянная звезда». Пьесу в моём переводе (есть ещё один) часто ставят, в России и не только – чему я очень рада, «Безымянная звезда» действительно прекрасна.

– Позже, в аспирантуре ИМЛИ им. А.М. Горького вы изучали творчество Сумарокова. Почему именно Сумарокова?

– До Литературного института я три курса отучилась на филфаке, Сумароковым начала заниматься именно там. Почему? Интересный поэт, интересный человек – дерзкий, самобытный, ершистый. Несмотря на довольно скромный поэтический дар, во многом мощно опередил свой век. К тому же я интересовалась духовной поэзией XVIII века, а Сумароков переложил на стихи всю Псалтирь. У нас с ним была любовь с первой строчки.

– Ваши книги, особенно роман «Женщины Лазаря», получивший 3-ю премию «Большой книги», достаточно много и хвалили, и ругали. Особенно, помнится, жёсткая критика прозвучала от Валерии Пустовой. Как реагируете на подобные выпады? И какой из своих романов больше всего любите?

– Я давно научилась спокойно относиться к любой критике – читатели не обязаны любить мои книги. Да и вообще ничего и никому не обязаны. К тому же тексты, которые нам нравятся и не нравятся, всегда характеризуют нас, а не людей, которые их написали. Я вот, например, Достоевского не люблю – и что? Это история про меня, а не про него.

Удивляет (и слегка огорчает) только манера некоторых современных критиков обсуждать не текст, а его автора, причём на каком-то удивительном, оскорбительном, подзаборном уровне…

Что же касается моих собственных книг, я всегда люблю только ту, которую пишу.

– Густая метафоричность вашей прозы – это художественный приём или естественное дыхание речи?

– Я по-разному пишу – очень скупо, почти совсем без метафор в том числе. Всё диктует сам текст.

– Сейчас что-то пишете? Или есть произведение, которое находится в стадии замысла? Когда создаёте новую вещь, ставите себе какую-то сверхзадачу?

– Да, я пишу новую книгу, пишу давно и надеюсь, что когда-нибудь закончу. Обычно это и есть сверхзадача – дописать до конца.

– Кого из современных писателей цените? И, на ваш взгляд, стоит ли нам беспокоиться о состоянии современной отечественной литературы или за её будущее можно не переживать?

– А зачем переживать? Истинная цена современной литературы станет ясна лет через семьдесят, не раньше. Мы все благополучно помрём к тому времени, судить будут другие. Так что можно спокойно читать сегодняшних писателей просто так, для чистого удовольствия, не заботясь о том, какое место они займут в энциклопедии. Что я и делаю, собственно, – читаю для себя. Да, мне очень многие нравятся. И авторы, и книги.

– По вашему мнению, не исчерпал ли себя жанр романа? И какой роман сегодня ждёт читатель?

– Читатель всегда ждёт одно и то же – историю, от которой нельзя оторваться, героев, в которых веришь, мир, который интереснее настоящего. В каком жанре такая книга будет написана – совершенно неважно. Для каждого читателя такая книга – своя. Универсального рецепта не существует. Увы.

– Так случилось, что сегодня для читателя и издателя самый верный ориентир – премиальный. То есть очевидна ориентация на книги, которые уже получили признание. Правильно ли это? И как не остаться незамеченными другим талантливым авторам, не вошедшим в премиальную обойму?

– Это не литературный процесс так устроен, а люди. Сосватанная невеста всем нужна, так что наибольшее внимание достаётся тому, что уже на виду и на слуху, будь то йогурт, песня или роман. Всегда так было. И всегда будет – если только люди не поменяются как биологический вид. Что делать талантливым авторам, которым не повезло получить вымпел и флажок? Писать книги, не думая о том, опубликуют их или нет, наградят или освистают. Так обычно настоящие книги и пишутся.

Беседу вела
Анастасия Ермакова

«ЛГ»-досье

Марина Львовна Степнова родилась в 1971 году в г. Ефремове Тульской области. Окончила Литературный институт, аспирантуру ИМЛИ. Прозаик, поэт, переводчик, сценарист. Автор романов «Хирург» (лонг-лист премии «Национальный бестселлер»), «Женщины Лазаря» (лауреат премии «Большая книга», финалист премий «Национальный бестселлер», «Русский Букер», «Ясная Поляна»), «Безбожный переулок» и сборника рассказов «Где-то под Гроссето». Книги переведены на 26 языков. Живёт в Москве.