Традиция и современность в удачных пропорциях, смешанные с молодой энергией, безупречным вкусом и тщательно продуманными деталями - в новом спектакле Театриума на Серпуховке «Волшебная лампа Алладина».
С музыки начинается одна из самых знаменитых сказок «Тысяча и одной ночи». Оркестранты - наравне с актерами - справа и слева сцены. В арабских рубахах и с аутентичными инструментами, названия которых большинству незнакомы - уд, бузуки, гиджак, дарбука и карнай - они погружают зрителя в атмосферу арабского востока. Музыкальный руководитель и дирижер Максим Гуткин рассказывает, как при создании партитуры спектакля обращались к традициям разных народов - сирийской, палестинской, египетской.
Сказку этой ночи Шахразада и ее помощник рассказывают и поют прекрасными оперными голосами. Впрочем, поют здесь, кажется, все актеры. Песни на слова Андрея Усачева то провоцируют: «Бедный - значит глупый», то озадачивают: «Что сделаешь ты, став повелителем мира?». В ритмически выверенном спектакле некогда отвлечься - этническое уверенно соседствует с технологическим.
Традиционный восточный базар, изобилующий красками, звуками, товарами, до ряби в глазах и избыточности, сменяется то молчаливым ночным звездным небом, в котором Звездочет ищет судьбоносные знаки для Султана; то одинокой пустыней, в которой - лишь старые пески, забытые скелеты и древний хлам. В ней бы и умер бедный торговец Алладин, наказанный Визирем за то, что посмел взглянуть на прекрасную принцессу Будур. Если бы не выкинутая на свалку лампа, в которой оказался заточен Джинн-кудесник....
Самый харизматичный персонаж появляется технологически совершенно с дымом необходимой интенсивности, как и положено. Джинн оказывается не безмозглым и дряхлым «рабом», а энергичным ниндзей, что передвигается то восточной змеей, то паркуром, и фантазером, обожателем дворцов и павлинов. Такого Джинна не может не сопровождать гарем красавиц-воительниц.
Алладин, в отличие от Джинна, не супергерой. Простой, не выделяющийся из толпы, мелкий торговец. Из достоинств - лишь смелость и честность. Последняя, действительно, на торговом Востоке считается глупостью.
Красавица Будур оказывается не из тех принцесс, которым «надо по расчету замуж выходить». Совсем как самовольная западная красотка она следует за любимым Алладином в темницу.
Создатели спектакля обращают внимание зрителя на мельчайшие детали. Вот из паланкина появляется рука принцессы: каждый жест красноречивее слова. Паузы между эпизодами заполняют песни на арабском, остроумны и изящны репризы глашатаев.
Режиссер Тереза Дурова говорит, «создавая «Волшебную лампу Алладина», представляла что-то необыкновенно яркое, играющее переливом драгоценных камней и золота.» Такая же скрупулезность - в оформлении спектакля, художник-постановщик лауреат Госпремии Мария Рыбасова. Костюмы, каждый из которых можно рассматривать и изучать часами, из дорогих и качественных тканей, были сшиты в собственной мастерской Театриума на Серпуховке.
Алладин Терезы Дуровой - идеален для семейного просмотра. Каждому возрасту - свой смысловой подтекст и свои размышления.
После просмотра я спросила своих детей девяти и десяти лет: «А что сделали бы вы, став повелителями мира?» Сначала оба пожелали кучи разных гаджетов.... Я уточнила: вы же можете одним желанием изменить мир. Младший сказал: пусть у всех стариков будет большая пенсия, а старшая решила искоренить все страшные болезни...
Юлия Казюкова